АО Mileşti-Vin: «Нам нужен российский рынок»

Акционерное общество Mileşti-Vin (с. Милешть Ниспоренского района) производит виноматериалы и винные дистилляты. За 2018 г. оно отчиталось об объеме продаж на 1,4 млн леев при их себестоимости 1,1 млн (2017 г., соответственно, — 2,3 млн леев и 1,35 млн). За год убытки увеличились со 159,5 тыс. леев до 629 тыс. леев.

Как сообщил директор предприятия Василе Кицану, практически два года этот завод первичного виноделия не работает. Но уже полтора месяца (на момент нашего разговора) длилась проверка налоговой инспекции. Конечно, фискальный контроль нужен, но почему он длится так долго?

«Мы не перерабатывали виноград два последних сезона, потому что нет сбыта вина, — объясняет руководитель. – Продавали продукцию в Прибалтику, но ее реализация там идет очень медленно, ждем за нее денег. Поэтому есть проблемы с расчетами по зарплате и налогам, которые надо вовремя перечислять (а когда нам надо было получить возмещение по НДС, у государства не было денег, мы ждали месяц-два). У винзавода есть долг перед физическими лицами за виноград урожаев 2015 и 2016 гг., причем сумма небольшая – 280 тыс. леев, но пока нет возможности с ними расплатиться. У нас был контракт с клиентом в Казахстане, однако поставки по нему остановились из-за того, что не было возможности провоза вин через Украину, а в объезд получалась дорогая логистика. Нам говорят, чтобы мы продавали вина в Европу, но кому в ЕС нужна наша продукция и по какой цене? Ниже себестоимости? Мы вышли на румынских покупателей: они хотят хорошие вина из европейских сортов винограда за очень небольшие деньги. Поэтому не довольны и те, кто производит виноград, и мы, его переработчики, т.к. не можем продать готовую продукцию. Нам очень нужен российский рынок».

Василе Кицан, помимо акционерного общества Mileşti-Vin, еще руководит собственным предприятием Nanfin-vin, которое в 2017 г. произвело в сезон виноматериалы, и тоже не может их продать. Из общего объема оно смогло реализовать только одну машину налива. Но вино, в отличие от спирта, не может долго храниться, оно портится. Если бы у предприятий, которые бутылируют вина, хорошо шли дела (ведь их продвигают на различных выставках), они бы покупали сырье у первичек. Но этого не происходит, потому что у них тоже есть проблемы с реализацией. Собеседник уверен, что скоро еще будут закрываться винзаводы.

Чтобы как-то помочь виноградарям, АО Mileşti-Vin в апреле 2019 г. принимало на переработку столовый виноград «Молдова», который хранился в холодильниках. Однако 1,5-1,6 лея за килограмм винограда – мало для его производителей, правда, в таком случае себестоимость виноматериала и дистиллята из него будет дешевле, чем из предыдущего урожая. Может быть, благодаря более низкой цене предприятие сможет продать спирт.

«Таких предприятий, которые не могут реализовать свою продукцию, довольно много, — продолжает директор. — Между тем приближается следующий сезон. Но какой смысл перерабатывать виноград и за какие деньги проводить следующий сезон, если нет сбыта? Уже очевидно, что многие винзаводы не будут принимать грозди. Осенью появятся проблемы с реализацией технических сортов винограда. Кто будет их покупать? Однако к этим проблемам добавляются и со стороны государства — проверки контролирующих органов нас добивают. Вместо того, чтобы деньги, которые появятся от сбыта продукции, направить на расчеты со сдатчиками, винзаводу придется заплатить большие штрафы. Я думаю о том, чтобы бросать эту работу, если по двум предприятиям не могу продвинуться. Наверное, проще их закрыть и поехать работать за границу – там меньше забот. Ранее я отработал шесть лет за границей, в 2006 г. вернулся на родину с надеждой жить и заниматься бизнесом рядом с семьей. Приехал в Молдову с деньгами, а теперь я — в долгах из-за того, что работаю. Хотелось бы, чтобы люди в Молдове сажали виноградники и радовались выращенному винограду и произведенному из него вину. А у нас часто выращенный урожай – просто беда.

Во время предвыборной кампании некоторые кандидаты в депутаты в ответ на вопросы виноградарей о том, чтобы наладить расчеты за выращенный виноград, предложили строить в каждом районе по два-три коллекторных пункта для сбора винограда и мини-винзаводы при них. А зачем их строить, когда есть винзаводы, которые готовы работать, но у них нет денег? Чьи будут эти коллекторные пункты и что тогда делать с винзаводами? Пусть государство поможет с финансированием или купит виноград, а винзаводы ему окажут услуги по переработке – будет работа на местах, и виноград не пропадет. Можно искать варианты сбыта такой продукции. Например, через онлайн-платформу с предложениями о продаже виноматериалов».