Садоводов Молдовы затягивают в европейские сети

На протяжении последней недели апреля текущего года Ассоциация производителей и экспортеров «Moldova Fruct» провела серию из шести информационно-практических семинаров для аграриев-трейдеров фруктов и столового винограда, заинтересованных начать договорные поставки этой продукции в Евросоюз. Тематика семинаров соответствующая: типология и эволюция потребителей/продавцов, требования к поставщикам в сфере безопасности/качества и т.п.

Это была уже вторая серия. Первая прошла в феврале 2018 и состояла из трех семинаров: в Кишиневе, Костешть, Бричень. Тогда семинары посетило около 160 аграриев и работников районных администраций. В ходе апрельской серии, тренинги проходили в Орхее, Сороке, Кишиневе, Конгазе, Кахуле и Тирасполе. Заход в Приднестровье не был сугубо данью политкорректности и элементом пиара: в ассоциацию «Moldova Fruct» действительно входит группа «левобережных» садоводов и экспортеров. Представители отраслевой ассоциации утверждают, что во второй серии семинаров участвовало порядка 350 одних только сельхозпроизводителей, а всего посетителей было более 400.

Оба цикла семинаров ассоциация «Moldova Fruct» организовала в рамках проекта «Содействие в консолидации возможностей экспорта в ЕС – Реформа инвестиционного климата в РМ», финансируемой Международной финансовой корпорацией IFC. В обеих сериях главную роль «иностранной звезды» играл Пит Шотел (Piet Schotel), эксперт в области маркетинга свежей плодоовощной продукции с опытом практической торговли и обширными связями в среде европейских коммерсантов. Но на сей раз, в качестве консультанта, он представлял Центр по продвижению экспорта из развивающихся стран CBI (Нидерланды), который выступает в качестве второго финансового партнера упомянутого выше проекта IFC в Молдове.

«Почти 75% всех свежих овощей и фруктов в Европе продается через супермаркеты» – таков лейтмотив всех семинаров. Как пояснил в этой связи Пит Шотел, это средний показатель по ЕС. В Германии и скандинавских странах доля супермаркетов на рынке «фрэш» выше – 80% и более, в Италии, Испании, Греции – около 50-60%, в странах Центральной и Юго-Восточной Европы – чуть ниже. Однако, несмотря на определенные различия в «коммерческом менталитете» между севером и югом, западом и востоком Европы, нынешнее или грядущее (в ближайшей перспективе) доминирование крупных торговых сетей – явно выраженный тренд.

Причин много. Изменились «потребительские ценности». Так, 50-60 гг. были «периодом цены» – как ключевого фактора предпочтений. Далее, 70-80 гг. – это период гонки за наиболее высоким качеством как «модным фактором» предпочтений. В 80-90 гг. качество уже присутствует «как само собой разумеющееся», в тренде – скорость покупки как «почти фетиш».

При этом с середины 90-х и по сей день важным становится всё: от универсальности до уникальности. За свежими овощами и фруктами в развитых странах в супермаркеты идут все: от yuppie (обеспеченная молодежь) до dinky (обеспеченные пенсионеры).

Периоды кризисов и экономической турбулентности на поведение потребителей в вопросах выбора продуктов питания влияют не слишком значительно (по крайней мере, так утверждают эксперты). На еде в развитых странах, где в структуре расходов на долю продуктов питания приходится лишь 10-15%, практически не экономят. Соответственно, толерантность в вопросах их безопасности и качества – фактически нулевая. Более того, все большее число европейских потребителей волнует вопрос – «а что стоит за этим продуктом»: нет ли там ущерба экологии, справедливы ли правила торговли, достаточен ли уровень социальной ответственности бизнеса, вовлеченного в рынок фруктов и овощей «фрэш»?

Супермаркеты как минимум  должны соответствовать потребительским ожиданиям. А по большому счету – конкурируя друг с другом, они сами работают на «повышение планки» потребительских запросов. В частности, запросов на протоколы безопасности/качества. «Без сертификата Global G.A.P. у поставщиков свежей плодоовощной продукции – нет шансов попасть в сети», – утверждает Пит Шотел.

Но этот общемировой стандарт качества, сфокусированный на хороших сельскохозяйственных практиках, лишь минимальное требование. Дальше – больше. Все большее число сетей высшего уровня (теперь покупатель ориентируется больше на имя супермаркета, чем на имя, к примеру, фруктового бренда) запрашивают у поставщиков сертификаты, акцентированные на санитарно-гигиенических нормах – НАССР (международный стандарт контроля безопасности в критических точках производственной цепи), BRC (один из самых строгих стандартов британских супермаркетов).

В этом контексте симптоматично, что супермаркеты предъявляют своим поставщикам более строгие требования в части MRL – максимальный уровень остатков пестицидов/фертилизантов в продукции, чем того требуют директивы ЕС. Кроме того, выставляются более строгие ограничения на допустимое количество остатков препаратов, содержащихся в продукции одновременно (не более четырех видов). Солидарно позиции на этот счет у сетей пока нет. К примеру, в таких сетях, как Lidl и ALDI требования MRL втрое строже директив ЕС, в METRO и EDEKA лишь вдвое.

Сети, реализующие более дорогую продукцию, отдают предпочтение тем поставщикам, которые наряду с сертификатами безопасности/качества обладают еще такими «социальными» знаками отличия, как Sedex, BSCI. Ряд международных ритейлоров, импортеров, предпринимательских организаций выдвинули Инициативу устойчивого производства фруктов и овощей (SIFAV), нацеленную на 100-процентную устойчивость и социальную ответственность всего импорта «фрэш» из Азии, Африки и Латинской Америки к 2020.

Одного из очень весомых последствий все этих инициатив – существенное удорожание процесса уничтожения некондиционной или нераспроданной плодоовощной продукции. Прежде такой товар поступал на вторичный рынок или, в крайнем случае – на корм животным. Теперь логистика отходов крайне усложнилась и выросла в цене. Пит Шотел на состоявшемся в среду семинаре в Кишиневе упомянул, что в среднем утилизация одного килограмма фруктов обходится 0,15 евро, что в пересчете на объем один грузовой автомобиль «неликвида» – порядка 3 тыс. евро. Уже только по одной этой причине ритейлору и поставщику продукции ошибаться нельзя.

«Тем не менее, соблюдение всех даже самых суровых правил реально, – резюмировал Пит Шотел, – ведь европейские супермаркеты все-таки заполнены плодоовощной продукцией, ее дефицита нет». Вернее, дефицита фруктов нет почти никогда. Исключению случаются. Так, в прошлом году садоводческий сектор многих стран Европы понес значительные потери из-за весенних заморозков. В итоге, Молдова экспортировала в Евросоюз рекордное количество фруктов: яблок – почти 8,5 тыс. тонн, сливы – 17 тыс. тонн, столового винограда – 15 тыс. тонн. Впрочем, уже в начале 2018 специалисты «Moldova Fruct» прогнозировали более урожайный год – и у нас в стране, и в Евросоюзе. Они предлагают садоводам готовиться «к непростому сезону в смысле экспорта».

Однако в кулуарах семинаров о неблизком и недешевом пути на полки европейских супермаркетов, по крайней мере, некоторые садоводы излучали оптимизм.

«Все эти строгие правила представляют интерес и актуальны лишь для небольшого числа крупных производителей-экспортеров фруктов, – считает один из них. – Небольших производителей скорее интересуют агротехнологии, а продать – забота посредников-трейдеров. Да, супермаркеты их теснят, предпочитают прямые контракты. Но в вопросах торговли свежей плодоовощной продукцией у малых и средних поставщиках всегда есть пространство для маневров, даже компромиссов – хотя бы по цене, по условиям поставки тому или иному покупателю». Что же, будем считать – им виднее.